Сборник стихов Веры Кушнир
Читателям
Пред вами, добрые друзья,
Слова - живые звенья.
Из них с трудом ковала я
Мои стихотворенья.
И ничего в них не найдет
Придирчивый политик.
От них с презреньем отойдет
Литературный критик.
В них нет изысканных речей,
Особенных созвучий.
Любой, хоть средний, грамотей
Пожалуй, пишет лучше.
Но об одном прошу, друзья,
Поймите, их читая,
Что от души писала я,
Одно лишь твердо зная,
Что Бог безбожницу простил,
Ту, что Его хулила...
И свет божественный пролил
В зловонную могилу.
И что она, познав любовь,
Которая спасает
Благую весть и жизни новь
От ближних не скрывает.
И если кто-то, где-нибудь
Читая, умилится,
И свой оставив грешный путь,
К Иисусу обратится,
То это то, чего ждала
И это все, что надо!
Ей в этом будет похвала
И высшая награда.
Хлеб
В хрустальную вазу на полке
Не ставлю фиалок и роз я,
Ни ландышей с запахом тонким,
Но ржи золотые колосья.
Пучок колосящихся злаков
Мне роз и жасмина дороже, -
Он служит таинственным знаком
Заботы и щедрости Божьей.
Нам дорог был хлеб в голодовку,
Его мы ценить научились.
Колосьев созревших головки
Во сне нам тогда только снились.
Христос, милосердный Сын Божий,
Небесным назвал Себя хлебом -
Нет пищи полезней, дороже
Для духа и тела под небом.
Тишина
Сколько звуков вокруг!
Даже ночью не смолкнут машины,
И глядит удивленно на шумную землю луна,
По дорогам шуршат в быстром беге колесные шины.
Где же ты, тишина?
Мы куда-то спешим,
Мы о чем-то заботимся вечно,
Наша жизнь суеты и пустого движенья полна;
Смотрит вниз с высоты ночью темной далекий путь Млечный.
У него - тишина.
Я все время тружусь:
Столько сделать и выполнить надо.
Я все время с людьми и так редко бываю одна.
Но душе моей больно, и шум ей - смертельнее ада,
Ей мила тишина.
Только поздно в ночи,
Утомясь от дневной канители,
Я сажусь, наконец. Мне не нужно глубокого сна,
Мне не нужно удобной и теплой и мягкой постели, -
Мне нужна тишина.
И душа отдохнет,
Словно лань у воды в полдень знойный,
И в молитве пред Богом забудет о шуме она,
И сама замолчит, чтобы слышать как с неба спокойно
Говорит тишина.
Что сравнится с тобой, тишина, нисходящая с неба?
Ты - елей для души, ты покоя и мира полна,
Без тебя не вкусил бы наш дух благодатного хлеба.
Дар небес - тишина!
А вы?
Иду за Ним. Иду за Иисусом.
Всерьез иду, без праздной “трын-травы».
Других зову служить на трудном, узком
Пути Его. Иду за Ним.
А вы?
На высоту иду за Ним без сожаленья,
Крутой подъём не кружит головы.
Вложил в меня Он к высшему стремленье,
И я иду за Ним. Иду за Ним.
А вы?
Он дорог мне. Нет слов для выраженья
Моей любви к Нему. Нет слов таких живых,
Как в сердце жизнь дающее биенье,
И я иду за Ним. Иду за Ним.
А вы?
Как не идти? За кем идти, скажите?
Чья жизнь и смерть, и проповедь правы
Во всём? Он Бог и Искупитель!
За Ним иду. За Ним иду.
А вы?
Жду встречи с Ним. Небесная Обитель
Обещана омывшимся в Крови
Святого Агнца. Я была омыта.
Я встречи жду. Я встречи жду.
А вы?
Август, 2001
Акростих о благодарности
Зачем грустить, когда на небе тучи,
Ажурный лес вдруг стал непроходимым?..
Ведь не лишился силы Бог могучий.
Сегодня радость Он дарит любимым.
Ёж за свои иголки благодарен,
Блаженствует зайчишка быстроногий,
Лань счастлива, что ей ручей подарен,
А мы порой не видим ласки Бога.
Господь заботится о человеке:
Он дал нам жизнь, дыханье, душу, разум...
Дал нам спасенье во Христе навеки,
Аккорд, покой там, где была проказа.
Равви – Учитель, милостивый, нежный,
Иисус Христос. Он нам принес спасенье!
Так как же не воздать благодареньем
Ему за жизнь и вечную надежду?
Божий народ
У Бога всегда был народ
Святой, неподкупный, надежный.
У мира идеи вразброд,
Но спаянный верой живет
От мира вдали народ Божий.
В отчаянье плакал пророк
Оставленный всеми гонимый,
Что нет никого, кто б помог...
Но с неба ответил Сам Бог :
“Семь тысяч есть Мною хранимых”.
Как алая нить, чрез века
История “малого стада”
Течет, как живая вода,
Ведет ее Божья рука
К воротам небесного града.
В плену, в заточении, во рве,
В печи, до бела раскаленной
Остаток с вождем во главе
Идет по песку, по траве,
По острым камням устремленно!
У Бога всегда был народ.
Он есть у Него и сегодня.
Мир злиться, ругается, клянет
Стремиться закрыть ему рот,
Но держится стадо Господне.
Сияющий факел несет,
Дорогу во тьме освящая,
Из вечности в вечность вперед
Святой, оделенный народ,
Врагам оскорбленья прощая.
Он так до конца доживет,
До встречи на вечном свиданье
С Тем Пастырем добрым, что ждет
Искупленный кровью народ
У входа в небесное зданье.
Впустите мать!
Она в автомобильной катастрофе
Разбилася в расцвете юных лет.
Лежит в больнице, заострился профиль,
Во взоре гаснет жизни слабый свет.
В халатах белых, не волнуясь очень,
Врачи шепнули где-то в стороне:
«Она наверно не протянет ночи...»
И слух поймал тот шёпот в тишине.
Пришлите мать!– сказала она строго, -
Велите ей сейчас ко мне прийти!
И мать вошла и встала у порога,
Как бы боясь поближе подойти.
Встань здесь поближе, мам, я умираю...
Меня ты петь учила, танцевать.
Я на рояле хорошо играю,
А вот теперь... мне нужно умирать.
Мне страшно, мам, о Боге я не знаю.
Скажи, ответь, как вечность мне встречать?
Учила жить, но вот я умираю,
А ты не научила умирать...
Мы прославляем матерей так много,
Благоговеем перед словом мать.
Но только мать, что носит в сердце Бога
Детей научит жить и умирать.
Всё пройдет
Когда мне тяжело, печаль к земле гнетет,
И слезы удержать нет сил и нет желанья,
И кажется конца не будет испытаньям,
Я говорю себе тихонько: всё пройдет...
Когда ж от радости душа моя поет,
Безоблачны все дни и все спокойны ночи,
И бьется жизнь в груди так сильно, что есть мочи,
Я, чтоб смирить себя, твержу, что всё пройдет.
Да, в этом жизнь. Мы знаем наперед,
Что есть всему конец, предел всему положен.
И как бы ни был путь порою темен, сложен,
Иль легок, весел, знаем: всё пройдет.
Встреча
Я думаю порой, какою будет встреча
С Ним там, за той последнею межой?
Такою ли, какою в летний вечер
Бывает радостная, трепетная встреча
Влюбленных первою любовью молодой?
Иль облегченной теплыми слезами,
Как встреча сына с матерью родной,
Когда, придя с войны, он в грохоте вокзальном
Искал ее, любимую, глазами
И вдруг, найдя, помчался к ней одной?
Или она подобна будет встрече
Вернувшихся на родину, домой
После разлуки долгой, издалече,
Когда дрожат рыданьем скрытым плечи
У странника от радости немой?
Нет, не дано нам знать, какою будет встреча,
Но верю я, что слиты будут в ней
Частички встреч земных, они, как тот Предтеча,
Готовят нас к заветной вечной встрече,
Которой нет сердечней и теплей.
Высокое дерево
Дерево высокое легче измеряется,
Если оно срубленным на земле лежит.
Время пролетевшее легче проверяется,
Лишь когда годами в вечность убежит.
И стоишь над годом, словно над покойником,
Не чужим, а близким, самым дорогим.
А в душе роятся чувства беспокойные
И воспоминанья, связанные с ним.
Громкие события, радости минутные -
Все проходит в памяти, все до мелочей...
И глядишь в бессилье, зная, не вернутся
Дни, как воск сгоревший праздничных свечей.
В мире были войны, бунты, ополчения
И стихийных бедствий крупное число,
Были катастрофы, были покушения...
Ну а что в душе моей произошло?
Многому ль за год прошедший научилась?
Ближе ли к Христу душою подошла?
Чем с врагом лукавым в битве отличилась?
Много ли погибших к Богу привела?
Каждый год прошедший может быть последним-
С чем перед Судьею буду предстоять?
Помоги мне, Боже, жизнью жить победной,
Помоги мне мудро годы исчислять.
И когда Ты срубишь дерево высокое,
И Своею мерою будешь измерять,
Скажешь, что полно оно вечной жизни соков,
Что его взрастила Божья благодать.
"Господь, мы спим..."
Господь, мы спим.
Пора нас пробудить.
Призвать к труду, молится научить.
Начни учить, начни, Господь, будить.
С меня начни.
Господь, мы злы.
Не можем мы любить,
Творить добро, зла в сердце не таить,
Начни, Господь, нас всех любви учить,
С меня начни.
Господь, мы прах.
Но непослушны мы,
Нас привлекает царство зла и тьмы,
Начни ломать сердца наши, умы,
С меня начни.
Господь, Ты вновь
Придешь, чтоб нас забрать!
Мы ж грех не научились побеждать.
Начни готовить нас Тебя встречать.
С меня начни.
Господь, веди,
Веди к победам нас.
Чтоб были к небу ближе каждый час,
Веди, чтоб веры пламень не погас,
Меня веди.
Господь, прости.
Прости нам лень и зло,
Что в наших душах прочно залегло,
Прости, омой, очисть врагу назло,
Меня прости.
" Господь, Ты жить меня учил..."
Господь, Ты жить меня учил
Не год, не два, а много лет,
Ты тайну не одну открыл,
Открыл мне не один секрет.
Но я хочу, чтоб научил
Меня Ты так же умирать,
Когда не станет больше сил,
Ты помоги не унывать.
Не плакать о минувших днях,
Лишь помнить о Твоей любви,
Чтоб серца не коснулся страх,
Когда закончу дни мои.
Пусть в теле - хижине земной
Живет здоровый, крепкий дух,
И пусть огонь любви ствятой
Изгонит из души испуг.
Чтоб я не стала говорить:
"Господь, ведь я еще нужна,
Дай для Тебя еще пожить,
Я сделать многое должна"...
Господь, я поняла давно:
Незаменимых в мире нет,
И поколенье не одно
Для смены явится на свет.
О, дай, чтоб не смущал вопрос:
Как будет там, за той межой?
Там будешь Ты, о мой Христос!
А там, где Ты, там хорошо!
Я верю, что в последний час
Свою Ты явишь благодать,
Как помогаешь жить сейчас,
Тогда поможешь умирать!
Двойственность
За одного готов в огонь и воду,
Последнюю рубашку с плеч долой!
Другого ж в дом не пустит в непогоду
И разразится на него хулой.
Знакомой даме преподнес конфеты,
Букетик роз к ним присовокупив.
Другому ж ни ответа, ни привета,
Проходит мимо, нос отворотив.
Да что ж это за двойственность такая?
Деление людей на вас и нас?
Как хорошо, что в муках умирая,
Христос и вас, и нас от смерти спас!
Он всех любил, греху не потакая,
И всем готов был помогать в беде,
Как хорошо, что двойственность людская
Чужда была Спасителю людей.
Дитя Надежды
В грубые ясли
Рукою нежной
Бог положил нам
Дитя надежды.
Грубому миру,
Злобе мятежной
Дан был Младенец –
Светоч надежды!
Плакали люди,
Ангелы пели.
Звезды на ясли
Кротко глядели.
Не было света,
Страшные тени...
Гнулися спины,
А не колени.
Души уснули
Сном безмятежным...
Встаньте, проснитесь!
Бог дал надежду!
Миром поныне
Правят невежды,
Но не погас тот
Светоч надежды.
Бог призывает
Голосом нежным:
– Люди, примите
Дитя надежды!
Если мы не любим
Солнца луч цветы в бутонах будит,
Расцветает от тепла цветок.
Мы - никто, пока нас не полюбят,
Если мы не любим, мы - никто!
Если б пчелка звонко не жужжала,
Соты в ульях были бы пусты.
Если б мать ребенка не держала,
Не было бы в мире красоты.
Одиноко там и сиротливо,
Где любовь приюта не нашла.
Человек не может быть счастливым,
Если в сердце к ближним нет тепла.
Без любви земля б чужой нам стала,
Слишком долгим был бы жизни срок.
Не было б прощаний на вокзалах,
Не было бы чтенья между строк.
Без любви единственным ответом
Был бы смерти роковой порог.
Но она сияет ярким светом,
И мы знаем, что любовь есть Бог!
Это Он цветы в бутонах будит.
От Его тепла цветет цветок.
Мы - никто, пока нас не полюбят,
Если мы не любим - мы никто!
Жить нужно так...
«Жить нужно так, как будто бы Христос
умер за нас вчера, воскрес сегодня и
придет завтра.» (Мартин Лютер)
Жить нужно так, как будто бы вчера
Там на кресте Христос сказал: "Свершилось".
Как будто бы вчера за нас Он умирал,
Как будто бы вчера спасенье даровал
Толпе, которая над ним глумилась,
Как будто бы вчера...
Жить нужно так, как будто бы сегодня
Воскрес из мертвых Он и победил.
Как будто бы сегодня гроб холодный
Оставил Он и пленник стал свободным,
Как будто бы сегодня Он ожил,
Как будто бы сегодня...
Жить нужно так, как будто завтра
Придет Он вновь на землю с высоты,
Спаситель и Творец и нашей жизни Автор,
Придет забрать Своих. Быть может завтра
Услышим трубный звук мы все, и я и ты,
Быть может завтра...
Завтра
Нам кажется, завтра мы будем прилежней
И лучше, полезней, добрей.
Сегодня мы грубы, но завтра мы нежны,
Ведь завтра мы будем мудрей.
Мы завтра поедем в далекие страны
Туземцам о Боге вещать.
И завтра начнем перевязывать раны,
В больницах больных посещать…
Мы завтра проведаем старого друга,
И завтра напишем родным.
И завтра кому-то окажем услугу,
Не только своим, но чужим.
Мы завтра пожертвуем крупную сумму,
С деньгами опасно спешить!
Ведь деньги - не шутка, здесь надо подумать,
Нужда ж никуда не сбежит.
Мы завтра друг друга простим без упреков,
И завтра друг друга поймем,
И завтра весь опыт духовных уроков
Применим и в жизнь проведем!
Мы завтра покаемся в жизни бесплодной
В последнем, предсмертном бреду.
Оденем раздетых, накормим голодных,
Разделим чужую нужду.
Мы завтра поймем, что такое спасенье,
И завтра пойдем за Христом.
И завтра преклоним пред Богом колени,
Не ныне. А завтра, потом…
Так в планах на завтра, что скрыто в тумане
За годом уносится год…
А что, если завтра возьмет и обманет?
Что, если совсем не придет?
Им Бог велел отправиться обратно
Им Бог велел отправиться обратно
Иным путем, не тем, которым шли:
Протоптанным, знакомым и
приятным,
Приведшим их к Спасителю земли.
Вот мудрость Божья, что ни слово
– тема!
Они пришли колени преклонить
Перед Христом, но после Вифлеема
Ничто уже не может прежним
быть.
Вот так и мы, хоть мудростью не
блещем,
И нет у нас особенных даров,
Мы не пророки, снов не видим вещих,
Но путь наш так похож на путь
волхвов...
Ища во мраке Истину и Бога,
Мы шли путем каким-то в Вифлеем,
У ног Иисуса кончилась дорога,
И мы в слезах к ногам припали тем.
Там получили радость и прощенье,
Там Дух Святой сердца нам возродил,
Наполнил миром их, благоволеньем,
И новый путь пред нами Он открыл.
Уже не тот, знакомый, как поэма,
Что в детстве мы сумели заучить,
А новый путь: ведь после Вифлеема
Уже никто не может прежним быть.
Клад
Он сиянием звез озарил небосклон,
Сделав небо мечтою людской,
В недрах скорбной земли спрятал золото Он,
Жемчуга скрыл в пучине морской.
Проходя мимо моря, попробуй рукой,
Наклонясь, горсть жемчужин достать,
Иль, слегка ковырнув гору острой киркой,
Драгоценные камни сбирать.
Напряженьем, усильем даются они,
Кропотливым, упорным трудом.
В жертву нужно отдать беззаботные дни,
Ночью нужно пожертвовать сном.
Клад духовных даров не стоит на виду,
Он сокрыт, он зарыт глубоко,
И лишь мудрые сердцем клад Божий найдут -
Этот клад не дается легко!
Кто из нас любит так, как Спаситель любил?
Кто за ближнего жизнь полагал?
Кто из нас хоть на час о себе позабыл?
Кто последнее бедному дал?
Кто из нас так скорбит, что не спит по ночам,
Помня гибнущих, сирых, больных?
Кто из нас на все просьбы всегда отвечал,
Не подумав о нуждах своих?
О, давайте не будем лукавить, друзья,
Будем честными сами с собой...
Хоть терниста, узка к совершенству стезя,
Но сулит она радость, покой.
Раб ленивый зарыл свой талант под землей,
Без труда, без усилья, без слез,
Через год Господину холеной рукой
Тот талант почерневший принес.
Пусть нам будет уроком зарытый талант,
Пусть послужит призывом другой,
Что возрос в обороте во множество крат,
Движим верной, прилежной рукой.
Крылатые песни
Крылатые песни нужны человеку,
Крылатые чувства, крылатые мысли,
Чтоб он устремлялся не книзу, а кверху,
В небесные дали, в надзвёздные выси.
Земля так прекрасна! Она нас чарует
Полями, лесами, озёрною гладью…
Но вечную жизнь только Небо дарует,
Поэтому Небо гораздо отрадней.
Пусть мир обещает земле улучшенье,
Устройство, порядок, отсутствие брани.
Но дать он не может греха избавленье,
А если грех будет, мир будет изранен.
Красивы печальные песни земные,
Сердечные струны дрожат от их звуков,
Небесные ж песни для духа родные,
Домой возвращают Адамовых внуков.
От песен земных часто слёзы струятся,
Тоска пробуждается, тянет куда-то,
Какие-то мысли и чувства роятся,
И хочется мыслей и песен крылатых
Кто хочет быть первым
Нам хочется быть первыми во всем,
Во всяком начинанье, всяком деле,
Быть впереди, в строю передовом,
Своею грудью ленту рвать у цели.
Сам Бог вложил желанье это в нас,
Полезное хорошее стремленье,
Но, чтоб огонь напрасно не погас,
Он дал ему святое направленье.
Кто хочет первым быть, передовым,
Стань всем слугой, отдай себя собрату.
Стань скромным, необидчивым, простым,
Не жди возмездья, не служи за плату.
Пускай никто не знает о тебе,
Пусть имя не в неоновом свеченьи.
И сам ты не мечтаешь о себе,
А просто исполняешь назначенье.
Ты верный раб, служитель у дверей,
С возвышенным стремленьем жить победно.
Господь сказал в премудрости Своей:
Чтоб первым быть, ты должен быть последним.
Кто я?
Несправедливость жизни! - я кричала
И, негодуя, громко возмущалась
Тем, что меня не поняли, забыли,
Мой труд не по заслугам оценили,
Обидели, лишив достойной славы…
Как все не справедливы и не правы!
Меня! Меня! Обидели меня!
И вдруг вопрос: а что такое я?
Что я за птица или что за цаца,
Что все должны со мною здесь считаться?
Ведь не таких как я нещадно били
Изгнали, осмеяли, оскорбили
Не оценили и оклеветали
И честное их имя в грязь втоптали.
Они несли полезное святое
И в массе мир подошвы их не стоил.
А я в грехах от головы до пят,
Но чувства к справедливости вопят.
И гасит горечь мирный дух прощенья…
И тут встаёт перед глазами профиль
Того, Кого распяли на Голгофе.
Весит Он на пронзённых сухожильях
И шепчет что-то, делая усилье.
Чело в проколах, частых и глубоких,
Глаза полузакрыты, впали щёки
В плевках засохших, что смешались с кровью,
А Он глядит на палачей с любовью
И просит нежно: Отче, им прости,
Не знают Твоего они пути…
Когда я услыхала этот голос!
И я теперь сама себя стыжусь:
Неужто я безгрешней, чем Иисус???
Любовь
«Весь закон в одном слове заключается:
Люби ближнего, как самого себя.»
Мы у Бога о многом просим,
А просить обо одном лишь надо,
О любви, что все переносит,
Что чужому успеху рада.
Когда любишь, легко прощаешь,
Когда любишь - не мыслишь злого,
На обиды не отвечаешь
Злобным взглядом и едким словом.
В милосердьи границ не знаешь,
Сердце к жертве всегда готово,
Недостатков не замечаешь,
Не сквернишь себя клеветою.
Если любишь - себя не помнишь,
Всем желая добра и счастья.
Жизнь - Христос, мысли в Нем Одном лишь,
А в душе теплота, участье...
Если любишь - совсем не важно,
Что не все тебя почитают.
Та любовь, что зажглась однажды,
Негасимым светом сияет.
И огонь этот ярко светит,
И о нем говорить не нужно.
Его всякий и так заметит,
Там где он, там любовь и дружба.
Если ты ее проявлений
В моей жизни не замечаешь,
Значит я ее не имею,
Я о ней понаслышке знаю.
И напрасно просить о многом,
Мне по сути одно лишь нужно.
Я любви прошу у Бога,
О других не заботясь нуждах.
Не будет никогда другой меня
Неповторима радость бытия,
Таинственно неповторимы люди.
Однажды этот мир покину я
И никогда другой меня не будет.
Но может быть тепло моей души,
Что стало лёгким и певучим словом,
В другом поэте прорастёт в тиши
И к вам стихами возвратится снова...
Молитва Благодарения
Благодарю Тебя, Творец,
За все обычное, простое:
За небо звездное ночное,
Луны сиянье голубое,
За плеск волны, за солнца луч,
За пенье птиц, за гром из туч,
За дождь обильный, ветер буйный,
За освежающие струи
Воды в палящий летний зной,
За неба полог голубой
И облаков пушистых стаю,
За свежий хлеб и чашку чаю?
Что можем с другом разделить,
За детский смех, что наполняет
Мой дом и душу веселит,
За разум мой, хоть не ученый,
Но ясный, а не помраченный,
Способный истины Твои
Воспринимать с благоговеньем
И силы подкреплять свои,
Питая их Твоим ученьем.
За братьев и сестер по вере,
Чьих душ распахнутые двери
Всегда готовы приютить
Несчастных, горе их делить
И щедрой мерой помощь мерить.
Благодарю за Дух Святой,
Который в жизни наставляет,
И на колени повергает,
И горько плакать заставляет,
В смирении сердца, гордецов.
За матерей и за отцов
Благодарю, Отец Небесный,
За то, что душу новой песней
Наполнил в юности моей,
За то, что в милости Своей
Ты бил меня не так уж много,
Жить и в достатке и убого
Чрез испытанья научил,
Всегда во всем мне близок был,
Молитвам немощным внимая,
То обличая, то прощая,
Не покидал, не отходил.
Благодарю за кровь Христову,
Что за меня с креста текла,
За возрожденье к жизни новой,
За новый путь, за путь суровый,
Который, жизни став основой,
К добру ведет меня от зла.
За все прими благодаренье,
Ведь мне всего не перечесть,
За все, что было и что есть,
За все грехи прошу прощенья
И приношу Тебе хваленье
Из уст и сердца славу, честь.
Молитва о погибающих
Как говорить с толпой
С толпой глухонемой,
С толпой слепорожденной?
Как свет явить ей Твой
Свет Правды неземной,
Тобой навек зажженный?
Как одухотворить,
Как жажду пробудить
К Твоей воде студеной?
Как им любовь явить
Спасенье возвестить
На смерть приговоренным?
Грехом побеждены,
Неверия полны,
Живут земным, землею.
Отца небес сыны,
Тобой сотворены,
Не могут жить Тобою.
Ты нам глаза открыл,
Грехи наши омыл,
Христа крови струею,
Преграды удалил,
Идти вперед дал сил
Тернистою тропою.
Откройся же и им
Слепым, глухонемым,
Не знающим покоя.
Пускай внимает слух,
Пускай прозреет дух,
Пускай уста откроют.
Ты можешь все, Ты Бог,
Ты исцелить нас мог.
Любви прикосновеньем
Коснись и их сердец,
О любящий Отец,
Даруй и им спасенье.
Молитва (Не обогащай, не озолачивай… )
Пр.4:6; Марка, 8:36; Пс.17:3
Не обогащай, не озолачивай
Благами земными беспредельными.
Мой портрет к стене не приколачивай,
Чтоб потомки на него глядели бы.
Не венчай коронами лавровыми,
Грудь мою не украшай медалями,
Не стели дорожками ковровыми
Путь земной, мою дорогу дальнюю.
Лучше жизнь прожить в одежде нищего,
Пусть никто портретом не засмотрится,
Пусть в суме гроша не будет лишнего,
Пусть остаток проживу затворницей.
Только бы к Тебе тесней приблизиться,
Глубже распознать заветы тайные.
Умалиться больше и унизиться
Пред Тобой хотя б в конце скитания.
Ведь покой крала у жизни занятость,
Суета важнейшее похитила.
Дай в конце пути, раздвинув занавес,
В Небо глянуть, предвкушая слитие.
Зная, что вина моя оплачена,
Ранами Христовыми заглажена,
Не обогащай, не озолачивай,
Жизнь мирским и так обезображена.
Ты обогатил меня бессмертными
Благами Небес нерукотворными.
Подарил сокровища несметные,
Что с собой несут Тебе покорные.
Ты мне подарил одежды белые
Без намека на грехи омытые.
Собери дела, как смоквы спелые,
В листьях благочестия сокрытые.
Ты мой Клад, твердыня и прибежище,
Крепость, щит, моя скала гранитная,
Рог спасенья, от греха убежище,
Троица святая монолитная!
Апрель 1999
Молитва (Смиряюсь пред величием Твоим…)
Смиряюсь пред величием Твоим,
Мой Бог, мой Искупитель, мой Господь.
И каюсь в том, что часто моя плоть
Совалась с наставлением своим
И возмущенье, зависть или злость
Собою заслоняли кроткий дух.
О, приклони ко мне, прошу, Свой слух
И освяти, омой, прости, не брось!
Ведь я Твое спасённое дитя,
Плохая иногда, но всё ж Твоя.
Жизнь новую во мне в любви творя,
Веди вперед и дай забыть себя.
Не дай врагу напоминать о том,
Что Ты давно простил и позабыл.
Не угаси любви священный пыл,
Дай до конца дышать и жить Христом!
Июль, 2002 г.
Молитва ( Молитва не всегда пространный монолог…)
Молитва не всегда пространный монолог,
Иль длинный перечень затейливых прошений.
Иль в храме губ беззвучное движенье,
Или умелое склоненье слова "Бог".
Она души безмолвная тоска
И к ближнему любовь без принужденья,
И жажда, хоть на миг, с Творцом соединенья,
Протянутая ввысь просящая рука.
И просто зов во тьме потерянной души,
Без лишних слов, без мысли выраженья,
Глубокое до слез благоговенье
В присутствии Творца в ночи, в тиши...
И песни задушевный грустный звук,
Или из строф души стихотворенье,
И сильное желанье заверенье
Любви Отца принять из Божьих рук.
Желанье красоты и вечного добра
И видеть их во всем стремленье и уменье,
Безропотное тихое смиренье
С утра до вечера и с ночи до утра.
Часть естества, что в нас вдохнул Сам Бог,
Вся тянется к Нему и ищет с Ним общенья,
И совершает дивные моленья,
Каких придумать человек не мог.
Мама – Христианка
Я самая счастливая на свете.
Есть девочки богаче и красивей,
Есть умные, талантливые дети,
Но мало кто из них меня счастливей.
Вы спросите, что счастьем я считаю,
И я ответить вам легко сумею:
Себя вполне счастливой почитаю,
Что маму-христианку я имею.
Она мне говорит про Иисуса,
К словам священным с детства приучает.
И у неё Творца любить учусь я,
Когда мне на вопросы отвечает.
Я вырасти такой хочу, как мама:
Не быть ленивой, гордой грубиянкой,
Идти путём Христа послушно, прямо,
Быть истинной, примерной христианинкой.
"Люди плачут над умершими…"
Люди плачут над умершими,
Я же плачу над живущими,
Что идут путями грешными,
Их к погибели ведущими.
Не над теми, кто покинули
Эту землю обреченную,
Надо плакать над невинною
В этот мир душой рожденною.
Этот мир, как зверь отравленный
В страшных судорогах корчится,
Смерти ждет, ему объявленной,
Чует, скоро все закончится.
Кто ушел из мира праведным,
Тот у Бога успокоился,
Кто, как грешник нераскаянный,
Тот мучений удостоился.
Но они ушли и кончили
Здесь свое существование,
Не нарушат планы Отчии
Наши вопли и рыдание.
Пока в сердце человеческом
Искра жизни есть ничтожная,
Есть надежда. Богу вечности
Все возможно невозможное.
Потому не над умершими
Плачу я, а над живущими,
Что идут путями грешными,
Их к погибели ведущими.
Мне Господь посылает беспросветные ночи
Мне Господь посылает беспросветные ночи,
Мне Господь посылает безнадежные дни,
Я во мрак устремляю утомленные очи,
И мой взор напряженный видит тени одни.
"Протяни ко мне руки" - я тогда умоляю,
"Боже мой, помоги мне, я не вижу пути"!
И не видя во тьме, я несмело шагаю,
И стараюсь наощупь Его руку найти...
И в измученном сердце одно лишь стремленье:
Только б не оступиться, не упасть от тоски,
Только б не оробеть, не утратить терпенье,
Дотянувшись, коснуться Господней руки.
И тогда: о, блаженство! Снова свет освещает
Путь мой узок, как утром посветлевший восток.
Благодарность, любовь всю меня наполняет
И нет сил удержать слез обильный поток.
Мне Господь посылает спокойные ночи,
Мне Господь посылает лучезарные дни...
Они быстро бегут - час минуты короче,
Незаметно и тихо проходят они.
И тогда я молю: дай мне помнить, мой Отче,
О том мраке, который меня окружал,
Чтобы в ясные дни, как и в темные ночи,
Голос мой постоянно Тебя призывал.
Чтобы я, как в безвыходном горе, так в счастье,
Постоянно тянулась всем сердцем к Тебе.
Верю я, в этом мире не дашь Ты пропасть мне,
Чрез все проведешь, очищая, к Себе.
Мне хотелось жизнь пропеть
Мне хотелось жизнь пропеть, как песню,
Прозвенеть, как вешняя капель,
На земле оставить след чудесный
Без больших ошибок и потерь.
Только с каждым годом всё труднее
Сохранить ту искреннюю суть,
Я о многом в жизни сожалею,
Многое хотелось бы вернуть.
И растёт гора моих ошибок -
Снежный ком, летящий с высоты.
В разногласье этих нот фальшивых
Не исполнить песенной мечты.
Море
Когда гляжу я на бушующее море,
На волн разгневавшихся пенящийся вал,
И разгулявшегося ветра на просторе
Я слышу вой меж почерневших скал,
Когда я вижу птиц мятущуюся стаю,
И слышу крик их, вижу их испуг,
Я жизнь людей невольно вспоминаю,
Весь мир встает передо мною вдруг.
Мир, словно черное взволнованное море,
Жизнь разбивается о смерти берега,
И даже счастье имеет привкус горя,
И человек - греха покорнейший слуга.
Как утлый челн в пучине вод бессилен,
Так человек бессилен в море зол,
Его манил простор прозрачный, синий
И он пошел, но гибель там обрел.
Военных ужасов маячит призрак хмурый,
И слухи страшные забыться не дают,
И люди мечутся, как птицы перед бурей,
Кричат и в панике напрасно воздух бьют.
А мы нашли себе убежище и пристань,
Средь шума волн, под ветра дикий вой,
Навстречу нам был ангел светлый выслан,
Чтоб возвратить нас целыми домой.
И мы идем домой, маяк вдали сверкает,
Он виден каждому, кто ищет верный путь,
Пришельца каждого встречает и спасает,
Дает под кровом тихим отдохнуть.
Христос - Маяк средь волн на возвышеньи,
Зовет, манит к Себе мятущихся людей.
Средь бури, тьмы лишь в Нем Одном спасенье
От зла и суеты, от дьявольских сетей.
Невидимые руки
Через всю жизнь, из года в год,
В тоске, в нужде, в разлуке,
Нас всех ведут, ведут вперед
Невидимые руки.
И нас держали в первый миг
После рожденья муки,
Руками матерей земных
Невидимые руки.
Они заботились о нас,
Несли, вели, держали,
Мы их присутствие не раз
Реально ощущали.
Они ласкали нас порой,
Порою бичевали,
Вели с врагом в неравный бой,
Встречали, провожали...
И нам казалось иногда,
Что мы их потеряли.
О, как мы плакали тогда!
Как их найти желали!
Но в час, когда иссякнет путь,
Умолкнут речи, звуки,
Нас в Отчий Дом перенесут
Невидимые руки.
В объятья примет нас Отец
Для жизни без разлуки.
И там увидим, наконец,
Невидимые руки.
Не смотри на того
Не смотри на того, чья земля зеленее,
И из окон и море и город виднее,
А смотри на того, в чьей избе незавидной
Через тусклые стекла и неба не видно.
Или вспомни о тех, кто в тюремном подвале,
В мокром карцере света давно не видали,
Чьи глаза от кромешного мрака ослепли,
А в сердцах пожелания смерти окрепли.
И тогда твой, казавшийся жалким, домишко,
Вдруг покажется виллой, где всё есть с излишком.
Не смотри на детей избалованных, нежных,
Что в постельках пуховых лежат белоснежных,
Засыпают под звук колыбельного пенья,
Шёпот ласковый мамин и взгляд умиленья.
Посмотри на детей, что с рожденья не знали
Ничего, кроме голода, нужд и печали;
Руки матери их никогда не ласкали
И под пение их колыбель не качали.
В чьих поблекших, голодных, измученных лицах
Отразилась тяжелых утрат вереница,
В чьих глазах не беспечное детства сиянье,
А столетняя строгость и боль умиранья.
И твои, что казалися бедными дети,
Вдруг предстанут счастливее многих на свете.
Ты увидишь всё то, чего раньше не видел
И возлюбишь всё то, что порой ненавидел.
Не смотри на богатых, здоровых, счастливых,
Не смотри на талантливых, умных, красивых,
Не смотри ни на знатных, ни на благородных,
Посмотри на несчастных, гонимых, безродных.
Не смотри на смеющихся и остроумных,
Посмотри на больных, одержимых, безумных,
И тогда ты поймешь, что твой разум здоровый
И свидетельства людям о Господе слово
Так красиво, так важно, и так драгоценно,
Что собою затмит всё, что в мире сем ценно!
Не смотри на беспечное счастье людское,
чтобы сердце твоё не лишилось покоя,
Чтобы зависти злой ядовитое жало
Не вонзилося в душу смертельным кинжалом.
(Чтобы зависти жало в него не вонзилось,
Чтобы ропотом ты не ответил на милость.)
Ты почаще взирай на отверженных, нищих,
Некрасивых, бездомных, забытых и лишних.
И научишься в жизни терпеть и смиряться,
Благодарностью Богу за всё исполняться.
1952
Отдавайте всякому должное
Не возгордись, привитая маслина,
Бог не навек отрезал Свой народ.
Да и не весь... А, может, половину?
Лишь часть ветвей. Всё зная наперёд,
На место их, отрезанных на время,
Он нас привил не к голому стволу,
А между теми ветками, кто веря
В Благую Весть, воздал Христу хвалу.
Остаток верный не переводился.
Во все века, до самых наших лет
Через него для нас Завет хранился,
Чтоб в Новом Ветхое нашло ответ.
Для них и нас избранники писали,
По - вдохновению свыше берегли,
При переписке точность сохраняли
Священных строк для жителей земли.
Мы б, этих строк сегодня не читали,
Спасенья весть до нас бы не дошла.
Ведь если б те всего не записали,
Что б переводчиков рука смогла?
Бог удалил старинную преграду,
Чтоб во Христе "создать из двух одно".
Из двух одно! Так говорить не надо,
Что, мол, "одно другим заменено,
И пусть Израиль томится под проклятьем,
А мы "своим" лишь будем возвещать,
О том, что миру Бог открыл объятья,
Любого, кроме них,готов прощать."
Ну, как забыть, что в Церкви день рожденья
Из всех провинций в Иерусалим
Сошлися Иудеи! И спасенье
Апостол Петр им сам благовестил!
А первые три тысячи спасенных?
И следующих пять... Кто это был?
Прочтем еще раз, чтоб о тех крещенных
Нам дьявол ум совсем не помутил.
О не гордись, привитая маслина!
Господь силен их всех опять привить.
Наш путь земной короткий, а не длинный.
Так поспешим свой долг им уплатить!
О, эти капельки любви
О, эти капельки любви,
Что в душу нам друзья роняют!
Как дождь в безоблачные дни
Живящей влагой освежает
Поля, деревья и кусты
Из тучки ветром принесенной...
Слегка, немножечко... и ты,
Нещедрой лаской побежденный,
Лица иссохшего черты,
Как камень солнцем опаленный,
Навстречу каплям дождевым
С надеждой держишь, как влюбленный.
И струйки милой влаги пьешь
Не залпом, мелкими глотками,
И увлажненными устами
Словам родиться не даешь
О том, что душу наполняет,
О чем во веки не узнают
Те, кто в бесхитростной любви
Тебя невольно освежили,
И чувства лучшие твои,
Коснувшись, к жизни пробудили.
Пагубное безделье
Кто-то рискует жизнью где-то за правду Божью,
Борется с суеверьем, предубежденьем, ложью.
Кто-то со Словом Божьим едет, не зная испуга,
Прямо в котел людоедов. Мы же съедаем друг друга!
Кто-то по уши занят тихим трудом для бедных,
Щедро делясь запасом вечных богатств заповедных,
Кто-то с артритом в пальцах что-то сшивает туго.
Мы же, от нечего делать, стали терзать друг друга.
Кто-то со станций мощных людям о Боге вещает,
Мыслями, сердцем, молитвой вести приготовляет.
Кто-то за труд огромный часто унижен, обруган,
Мы же (от скуки, что ли?) жизнь отравляем друг другу.
В сердце моем молитва: Боже, прости безрассудных,
Боже, заполни жизнь нам массой занятий трудных,
Чтобы в труде полезном не было места досугу,
Чтобы нам некогда было боль причинять друг другу.
Пожалуйста, не плачь
Пожалуйста, не плачь,
В смущении напрасном
Предчувствуя беду.
Пожалуйста, не плачь,
Когда порой ненастной
Я от тебя уйду.
Душа моя, как странник одинокий,
Приют найдёт, поверь.
Не плачь же обо мне теперь.
И не терзай себя
Ненужным сожаленьем
О том, что не вернуть.
Я знаю, мы с тобой
Ушедших дней значенье
Поймём когда-нибудь.
Устав от одиночества земного,
Приют найдём, поверь.
Не плачь же обо мне теперь.
Я Божьей милостью
Избавлена от многих
Страданий и потерь.
Не плачь же обо мне -
То в вечные чертоги
Открылась тихо дверь.
Душа моя, как странник одинокий,
Приют нашла, поверь.
Не плачь же обо мне теперь.
Прозрение
«Тогда отверз им ум к уразумению Писаний».
Лк. 24:45
Можно слушать и не слышать,
Посмотреть и не увидеть,
Прикоснувшись, не поверить,
Сути дела не понять.
Вместе ели, пили, спали,
Вместе плакали и пели,
Вместе страны Палестины
Обошли за пядью пядь.
Иисус с учениками,
Говорил неоднократно,
Говорил, напоминая
Все пророчества о Нем.
Говорил, что Он - Мессия,
Он - Спаситель, Он от Бога,
Что отныне загорится
Мир божественным огнем.
«Я есмь Путь и Жизнь и правда»,
«Я есмь Свет и Божье Слово».
«Я умру и вновь восстану,
Чтобы грешных искупить…
Я пришел, чтобы разрушить
Сатанинский план лукавый,
Чтоб ногой на череп змея
Со всей силы наступить».
Все слыхали, все видали:
Исцеленья, воскрешенья,
Наставленья, насыщенья,
И прощение грехов!
Все слыхали и видали,
А когда Его поймали
Злые люди и распяли,
Всяк бежал и был таков…
Все уныли, все забыли
Утешительное слово
О счастливом третьем утре,
О победе над грехом.
О победе над могилой,
Над врагом последним - смертью,
Над губителем Эдемским,
Лютым душ людских врагом.
Сам Христос открыл им очи,
Исцелил глухие уши,
Ум отверз для разуменья,
И огнем зажег сердца.
Мироносицы в восторге
Возвестили, задыхаясь:
Он воскрес! Воскрес из гроба
Силой вечного Отца!
Рождественская песня
В моей душе растет и к горлу рвется
Рождественская песнь хвалы Тому,
Кем нам спасенье дивное дается -
Спасителю и Богу моему.
И мысленно я вижу ночь святую,
Уснувший Вифлеем и пастухов,
Солому в яслях жесткую, простую,
Кормушку для овец и для волов
И Мать Пречистую, и тихое смущенье
В лице Иосифа, и тайный его страх
Пред явным чудом Боговоплощенья,
Свершившимся здесь на его глазах,
И первый крик небесного Ребенка,
Раздавшийся в столетиях седых,
Для Матери такой родной и звонкий,
Как первый крик детей наших земных;
И пенье ангелов, и пастухов тревогу,
Когда они, не понимая слов,
В благоговенье поклонились Богу,
В хлеву, как в храме, шапки сняв с голов;
И яркое небесное сиянье
Звезды, склонившейся над хлевом в знак того,
Что здесь земли и неба сочетанье:
Бог отдал миру Сына Своего;
Пророчество святого Симеона,
Когда Младенца он благословил
И Матери счастливой, облегченной
Уже о крестных муках говорил.
И старицы свидетельство простое,
Дождавшейся Того, Кого ждала
В посте, в молитве на коленях стоя
Годами в храме, где почти жила...
О, каждый год, когда я вспоминаю
Рождение Спасителя Христа,
Я мысленно все это повторяю
И песнь родится на моих устах.
Ведь в этой самой чудной из историй,
Которой вот почти две тыщи лет,
Утеха для всего людского горя,
Для нашей тьмы земной - небесный свет!
В ту ночь Спаситель был подарен людям!
Ту тайну как плотским умом понять?
Но Истина живет и спящих будит,
И верою дает себя принять.
И верой только оценить мы можем
То, что для нас свершилось в эту ночь.
И верою принять подарок Божий
Сам Бог готов всем грешникам помочь.
Серая птица
Пролетела серая птица,
Надо мною крылом взмахнула,
И душа покрылась печалью,
Про себя тихонько всплакнула.
О, душа моя, недотрога,
Почему ты не из железа?
На тебе не могли бы невзгоды
Оставлять ножевых нарезов.
Пролетает серая птица
Уж не в первый раз надо мною
Навевает серые мысли
Не дает ни сна, ни покоя.
И душа, истомившись вдосталь,
О своем избавленьи просит.
И молитвы ее неслышно
Дух к престолу Творца уносят.
И прострет Всемогущий руку
И исчезнет серая птица,
А душа, вздохнув облегченно,
По-иному начнет молиться.
Слова без слов
"О, как богат ты, русский наш язык"!
Сказал поэт. А я скажу: как беден!
Творец всего прекрасен и велик,
А нашим языком Он с высоты низведен.
О, как ты слаб и как ничтожен ты,
Язык наш, чтобы прославлять деянья
Творца миров, источник красоты,
Как меркнешь от небесного сиянья!
Могуч орел, прекрасен свод небес,
Правителей земли великими считают,
Зеркальна гладь воды и изумруден лес
И эти же слова и Бога величают.
Но Он во много раз прекраснее небес,
Могучее орла и чище вод зеркальных,
Бледнеет перед Ним наш изумрудный лес,
И вид владык земли и жалкий и печальный.
Но нет у нас иных, красивых слов,
Чтоб описать достойно славу Бога,
Ужасный и прекрасный крест Христов!
И как сладка тернистая дорога!
Мы Богу говорим: "Мне хорошо с Тобой"!
И то же шепчем на ухо любимой,
И бедный наш язык иных не знает слов,
Но в сердце есть они неслышны и незримы.
Как хорошо бывает предстоять
Перед Творцом в безмолвном созерцаньи
И, сердце все открыв, давать Ему читать
Слова без слов в блаженном пониманьи.
Смоковница
Он издали смоковницу заметил,
Она такой имела пышный вид,
Ее листвой играл веселый ветер...
Казалось, что листва плоды таит.
Но, ближе подойдя, Он поднял ветку
И не нашел ни одного плода,
И, обратяся к ней, как к человеку,
Сказал: бесплодной будешь навсегда!
Пускай никто отныне не вкушает
Твоих плодов! - раздаляся приговор.
И притчу эту люди повторяют,
И смысл ее рождает часто спор.
И многим кажется порой несправедливым
Поступок Господа с смоковницей пустой,
Беспечно росшей, тихой и счастливой,
Довольною своей густой листвой.
Я верю в благость Господа Иисуса,
Его любовь и сердца доброту,
И объяснить сей притчи не беруся,
Но чувствую Господню правоту.
Как много среди нас подобных этой
Смоковнице евангельской пустой!
На первый взгляд, по видимым приметам,
Мы будто обладаем полнотой.
Так много листьев пышных и зеленых,
И ветви и такой здоровый вид!
Вблизи ж, вплотную, странник утомленный
Нам тот же приговор провозгласит.
Какой обманчивой бывает внешность!
Активность часто только суета.
Бесплодность нашу обнаружит вечность,
Там явной станет наша нагота.
Иной на вид как-будто незаметен.
О нем друзья почти не говорят,
А он давно у Бога на примете,
Плодами драгоценными богат.
Господь не смотрит издали, как люди,
Он прямо в сердца глубину глядит,
И горе тем, на ком плода не будет,
Но хуже тем, кто только "делал вид".
1965
Стена (Сонет)
Стена слыхала много голосов,
Видала крах не одного оплота,
Несчетно ощущала пальцы вдов,
Совавших в щель записки из блокнота.
Слыхала разъяренную толпу,
Ногами растоптавшую раввина,
Восстанья и падения стопу
Не одного вождя и исполина.
Но никогда еще за все века
Не видела стена парашютистов.
Но вот разгоряченная щека
Припала к ней... И вопль был неистов
Тех мальчиков с слезами на очах,
Две тыщи лет несущих на плечах...
Ты дал мне жизнь
Ты дал мне жизнь и с нею все мне дал,
Ты стал мне целью, смыслом, утешеньем,
За зло мое Ты в муках умирал,
И смерть Твоя купила мне спасенье.
Но что имеешь Ты, мой Бог, во мне?
Мои молитвы только стон и слезы,
Моя любовь, как пена на волне,
Мои дела - шипы лишь, а не розы.
Я - слабое капризное дитя,
Скольжу и падаю и вновь иду хромая,
Запутываюсь в дьявольских сетях,
Освободившись, снова в них впадаю
И снова на коленях пред Тобой
Прошу Тебя о сладости прощенья,
И Ты не медля, трепетной рукой
Даешь душе покой и исцеленье.
Как будто бы Ты только ожидал,
Чтоб я к Твоим ногам пришла, рыдая,
И, взяв из рук Твоих любви бокал,
Пила б ее, до дна не выпивая...
Ты дал мне жизнь, но в полноте ее
Нуждаться никогда не перестану,
И совершенство дивное Твое,
Как звезды в небе, оком лишь достану.
В зависимости полной от Тебя
Проходит жизнь... И в этом наслажденье
Тебе и мне. Ты отдал мне Себя
И от меня взаимность ждешь с терпеньем.
Уединение
Бывает иногда такое настроение,
Когда ничто тебя не веселит.
В груди не сердца мерное биение,
А что-то твердое трепещет и болит.
Когда все люди кажутся фальшивыми,
И говорить не хочется ни с кем,
И разговорчивые кажутся болтливыми,
И слыша их рассказ, ты думаешь: "Зачем?"
И хочется бежать, схватив себя за голову,
Куда-нибудь подальше от людей,
И сердца боль, тяжелую, как олово,
Тихонько выплакать прочь из груди своей.
Побыть совсем одним и чтоб никто не спрашивал,
Пытаяся понять тоску твоей души.
Кто сердца скорбь давно в груди вынашивал,
Тому приятно быть наедине в тиши.
Ведь только в тишине ты можешь Бога чувствовать,
И только в тишине ты видишь сам себя.
Наедине с Творцом ты ни хитрить, ни мудрствовать
Не станешь, как с людьми, хвалу и лесть любя.
И потому Сам Бог дает тебе стремление
Уединиться, быть с самим собой.
Без тяжести в душе не вкусишь облегчения,
Бог посылает все, Он хочет быть с тобой.
И знай, когда приходит настроение,
Когда тебе весь опротивел мир,
Господь зовет тебя в уединение,
Там для тебя готов духовный пир.
И с пира ты уйдешь и сытым и напоенным,
Забьется сердце ровно и легко,
Польется песнь хвалы со струн души настроенных,
И грудью полною вздохнется глубоко.
К списку других стихов...> К списку христианской литературы...>>